Популярные статьи

Рококо и сентиментализм

Рококо
Когда в 1736 г. французский мастер по дереву и ювелир Жан Мондон…

Сочинение по картине

Сочинение по картине
Помните, как учитель русского языка и литературы задавал на дом…

Образ кошки в культуре древних египтян

Образ кошки в культуре древних египтян
Именно в Египте кошка почитается как священное животное, которое…

Театральная деятельность Станиславского

Театральная деятельность Станиславского
Творческая деятельность Константина Сергеевича Станиславского оказала…

Жизнь и духовная потребность

Жизнь и духовная потребность
Он переставал быть только материальной необходимостью и становился…

Самая элементарная из корыстных целей

Автор: Мария Хлебникова | Категория: Культура XIX века

Что заставило мальчика-самоубийцу растратить деньги, многими годами экономии и семейных жертв скопленные на приданое сестры? Неужели материальные удовольствия - цыганский табор, шикарный ужин, «стуколка»? Им двигала идея «сладкой жизни», запретного праздника, и он заплатил за нее доверием родных, благополучием сестры, собственной смертью.

Интриган и мошенник, политический аферист, вся деятельность которого подчинена бесконечным расчетам, деловым спекуляциям и различного рода прожектам, Петр Степанович Верховенский - человек, глубоко идейный, в своем роде «верующий»: он «выдумал» свою идею великой смуты, которая сокрушит все устои, все вековечные авторитеты и, залив землю кровью, перевернет Россию, где «все прогнило», чтобы учредить в ней новый, лучший порядок: «Мы провогласим разрушение. . . Раскачка такая пойдет, какой еще мир не видал.. . Затуманится Русь, заплачет земля.. .». Однако корень его идеи, его личная тайна - «Иван-царевич», «самозванец», на роль которого предназначен Николай Ставрогин: «.. .вы красавец, гордый как бог, ничего для себя не ищущий, с ореолом жертвы...» и «взволнуется море, и рухнет балаган, и тогда подумаем, как бы поставить строение каменное. В первый раз! Строить мы будем, мы, одни мы».
Дело не только в ложности идей, исповедуемых Петром Верховенским, Шигалевым, Кирилловым. Самая возможность служить идее помимо и вопреки действительной жизни (для ее воплощения всегда требуется чья-нибудь смерть, и счет постепенно растет), самая попытка поставить идею над жизнью изначально заключает в себе ложь и клевету. Одержимость «бесовством», как одержание идеей, которой можно принести любые жертвы, в своем сущностном смысле противостоит живому бытию, поражает его болезнью, смертельно. Идея праздника, даже такая, по видимости благородная, как благотворительный бал, поставленная над реальным праздником жизни, обречена всем превращением и извращением самозванства, праздник становится оборотнем, призраком, «обезьяной» действительности.

You have no rights to post comments

Случайные статьи

Узор - сакральные идеограммы языческого мифа

Властные и пленительные линии узора слагались в сакральные идеограммы…

Сближения в промышленно-капиталистических условиях

Однако нельзя не отметить, что именно с появлением эстетики…

Романтизм и культура

Рационализация жизни, подчинение ее усредненно-трезвому разуму,…

Популярные статьи

Рококо и сентиментализм

Когда в 1736 г. французский мастер по дереву и ювелир Жан Мондон…

Сочинение по картине

Помните, как учитель русского языка и литературы задавал на дом…

Образ кошки в культуре древних египтян

Именно в Египте кошка почитается как священное животное, которое…

Последние статьи

Рококо и сентиментализм

Когда в 1736 г. французский мастер по дереву и ювелир Жан Мондон…

Разъятые элементы семантики и поэтики

В непосредственной близости к тому, что мы называем народной поэзией,…

Индивидуальная поэзия

Индивидуальная поэзия, а вслед за ней самодеятельная авторская песня,…